20 процентов желаний

– Григорий, а как все начиналось – делали прически куклам сестры?

– Я рос в творческой семье. В 12 лет даже в музыкальной группе играл – сам шил для себя костюмы, создавал определенные образы. С 14 лет начал изучать выбранную профессию – это было в городе Гагры. Потом занял в городском чемпионате первое место, меня заметили, пригласили в Сочи – в центр красоты и парикмахерского искусства “ЮМА”. Там до сих пор и работаю. Сейчас мне 22 года, успел завоевать около полусотни разных медалей, среди них и чемпионская, и Гран-при международных Олимпийских игр по парикмахерскому искусству. Но эти награды – лишь 20 процентов из всех имеющихся на сегодняшний день желаний, главное – двигаться дальше, не останавливаться.

– После обретения столь престижных званий тебе не предлагали перебраться в Москву?

– Много куда звали – не только в Москву. Но для меня важны прежде всего теплые отношения между людьми, а не деньги, – бизнес губит творческие натуры, они теряют контроль над собой.

– Получается, чтобы подстричься у тебя, нужно ехать в Сочи?

– Да, невесты из других городов прилетают и успевают вернуться прямо к регистрации. Я стараюсь никого не обижать, если надо, могу в три часа ночи работать. Причем все это не столько ради денег, сколько из-за профессионализма, психологический фактор играет роль.

– График у тебя, мягко говоря, ненормированный…

– Запись в салон ведется за три месяца, занят каждый день – с 5 утра и до 12 ночи. Сначала работаю у кресла, потом ночью шью костюмы для шоу, репетиции провожу, над эскизами думаю… Часов до четырех утра могу засидеться.

– Сколько времени уходит на подготовку шоу?

– Около месяца.

– Где ищешь вдохновение?

– Идея может родиться за миг, другое дело, что потом ты ее очень долго обдумываешь. Обычно остаешься в одиночестве, слушаешь классическую музыку, часами сидишь перед зеркалом: ты должен быть “в шкуре” модели, понимать, как она двигается, что чувствует. Полезно ходить в театр, в кино – в Сочи это представлено так же, как и в Москве.

– В твоей жизни хватает места для хобби?

– Да, как это ни удивительно, хватает. Я с десяти лет занимаюсь латиноамериканскими танцами… Самба, ча-ча-ча – ну и так далее. Иногда беру уроки вокала – так сказать, для души. Ну и занимаюсь в художественной школе – это уже для профессии.

– А что насчет учебы?

– Я учусь в сочинском вузе – СИМБИП, на факультете дизайна костюма.

– Может ли парикмахер твоего уровня идти на поводу всех желаний клиента?

– Мы прислушиваемся к клиентам, но ведь можно и переубедить их. Главное, чтобы тебе доверяли. Важно понять человека, ну хотя бы в глаза ему заглянуть…

– Красивые волосы: какие они, по-твоему?

– Живые, блестящие, ухоженные, красиво преподнесенные. Не обязательно длинные – кто-то с короткой стрижкой выглядит сексуальнее. И еще не стоит гнаться за модой – модно то, что подходит, хотя время от времени полезно полистать журналы. Плюс каждый брэнд предлагает свой модный образ, у нас есть из чего выбирать.

– А кто занимается твоей прической?

– Я сам себя стригу или доверяю эту миссию ученикам.

– Как попасть в ученики?

– Записаться за полгода. Не обязательно быть профи, я могу научить всему с нуля – сам когда-то таким был. Плюс приятно видеть плоды своего труда.

– Делал ли ты когда-нибудь прически звездам?

– Стоит учитывать, что стиль, в котором я работаю, – это классический креатив. Поэтому ко мне обычно обращаются женщины, предпочитающие спокойные прически – никаких синих дредов и зеленых косичек. Когда-то стриг, например, Надежду Бабкину.

– Самый забавный случай в твоей карьере…

– Час ночи. В салон приходит любимая клиентка с детьми, настойчиво требует подстричь. А я уставший – понимаю, что ничего хорошего из этой затеи не получится, третью смену тружусь. Говорю: подождите в коридоре… Иду к себе в кабинет, замыкаюсь, открываю окно и убегаю. Пробежал пять остановок, остановился, взбодрился, подумал, что смог бы, в принципе, и поработать еще, но возвращаться не стал.

Ирина Ковальчук