Фантазия на тему России, Чичикова и Со
Интриговало все. Режиссер – литовец, который будто бы переписывает “Мертвые души” (но что он понимает в “птице-тройке”, что он понимает в нашей непростой ментальности – удивлялись театралы); Олег Табаков, который, по просачивающимся слухам, должен был сыграть Плюшкина (Плюшкина! Самого жалкого из помещиков, трясущегося над всяким хламом), и, наконец, Сергей Безруков – наш Есенин, наш Моцарт, – и вдруг Павел Иванович Чичиков, “не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод…”.
В итоге получилось своего рода театральное хулиганство на тему Гоголя. Литовец Миндаугас Карбаускис переписал первую книгу поэмы Гоголя так, что суровым адептам хрестоматийного текста классика лучше на спектакль не ходить. Взяв за основу лишь главную интригу “Мертвых душ” – грандиозную аферу, предпринятую Чичиковым, режиссер предложил зрителю взглянуть на Россию без придыхания, ностальгии, умиления и презрения одновременно.
Как заметил один рецензент, “спектакль “Похождение” полностью соответствует своему названию. Он занимателен, как авантюрный роман, и легок, как каникулярное путешествие. Карбаускис взялся поставить “Мертвые души” как изящное, развлекательное зрелище. И до малейшей мелочи выполнил все задачи, перед собой поставленные. Режиссер не дает скучать ни минуты, умело пользуясь многообразными красками и приемами. Спектакль сделан в виде серии картин с похожими сюжетами, но исполненными в разных жанрах и техниках”.
Никто не знает лучше своего героя, чем тот, кто влезает в его шкуру (конечно, эта самая шкура ему впору). Сергею Безрукову есть что сказать про своего Чичикова.
Вообще-то, Безруков всегда мечтал сыграть другого гоголевского персонажа – Хлестакова; многие годы актер упрашивал Олега Табакова поставить “Ревизора”. Не случилось. Неунывающий Безруков обрадовался и Чичикову: “Ну что ж, Гоголь все равно Гоголь. Это уникальный автор для актера. Просто Клондайк, Эльдорадо!”
В Хлестакове Безруков хотел сыграть, по его словам, “маленького человека, у которого есть звездный час, и он так увлекся этой своей мечтой, он так счастлив, что один раз в жизни стал большим, и такая трагедия происходит с ним, когда все заканчивается”... У Чичикова другая мечта, иной звездный час, но и его сущность – в малости его и жалкости. Чем Безруков и проникся до глубины своей души: “Павел Иванович очень нежный, трогательный и пугливый человек. Он боится своей же идеи, понимает, что с ним могут сделать все что угодно. И потому он очень осторожен. Вслушайтесь в фамилию: чи-чи-чи – будто чирикает воробышек. Он типичный маленький человечек. И Хлестаков, и Чичиков, и Акакий Акакиевич – это все люди, которые звезд с неба не хватают. У Павла Ивановича Чичикова есть своя мечта – заработать 200 тысяч рублей. Это предел его мечтаний. Он хочет обзавестись семьей и стать таким же помещиком, как те, с кем ему довелось общаться. Его способ разбогатеть не самый моральный, но как иначе можно заработать в этой стране? Ему нелегко все дается. Он крутится, пашет, потеет, задыхается, уже срывается, кричит. Боится и все равно делает”.
По странной иронии, судьба маленького незаметного человечка уготована не только коллежскому асессору Павлу Ивановичу Чичикову, но и его театрально-киношному образу. Как-то так случилось, что во всех театральных интерпретациях “Мертвых душ” его главный герой растворяется, мимикрируя в мощной галерее помещиков, серой мышкой прошмыгивая между колоритнейшими Собакевичами, Плюшкиными, Маниловыми, Ноздревыми…
В “Табакерке” решили вспомнить, что главный герой все-таки Павел Иванович Чичиков. Оттого, кстати, и название – “Похождение”. Похождение маленького авантюриста по расхлябанной и вечно сонной Руси.
Сочтя забвение пройдошливого ловца мертвых душ несправедливым, Безруков, по его признанию, попытался сделать Чичикова ярким персонажем, со своей мечтой, со своей детской искренностью. И отдался “сочинению” своего героя от всей души. И пластика Чичикова, и даже его “фирменная” прическа – все это плод фантазий самого актера.
“Да, моя придумка: некая зализанность, даже залысинка, – поделился Безруков. – Мне важно было подчеркнуть то, что Чичиков вовсе не герой. А я долгое время играл именно героев, ярких личностей. Сыграть же такого серенького человечка для меня было задачей интересной, хотя и сложной. Надо было удержаться от некой шикарности Остапа Бендера, потому что Чичиков не красив и не дурен, он не толстый и не тонкий. Он никакой. И я предложил режиссеру свою импровизацию в пластике. Вспомнил чудесный мультфильм Юрия Норштейна “Шинель”. Поскольку декорации и костюмы у нас немножко кукольные, то мне захотелось передать эту мультяшность во всем, даже в пластике героя. Когда после премьеры сказали, что пластика Чичикова в чем-то напоминает шемякинский рисунок, для меня это было сверхпохвалой, я такое и предположить не мог”.
Под конец слово отцу-основателю “Табакерки” Олегу Павловичу Табакову: “Гоголь один из первых и второй за Пушкиным – отчаянное хулиганье. Ведь в спектакле довольно много хулиганства. Правда? А, будем так говорить, хулиганство хорошо тогда, когда оно разделяется зрительным залом”.
Елена Боброва
22, 23.10 – БДТ им. Г. А. Товстоногова.