Дарья Павленко мечтает

– Вы много времени проводите в театре. А удается выкраивать минуты для личной жизни, светских развлечений?

– Конечно, я стараюсь разделить личную жизнь и театральную. Для меня очень важен дом – место, куда я могу бежать от театра, спрятаться, чтобы меня никто не находил. Там мой уют, мой любимый человек. Когда он приезжает – к сожалению, не часто, – для меня это очень приятный момент, и я стараюсь сделать так, чтобы ему было хорошо и уютно. Он – ведущий танцовщик Лондонского королевского балета киевлянин Иван Путров.

Я сама создала свой дом. Квартиру – недалеко от Сенной площади в переулке Гривцова – я купила благодаря ссуде, которую мне дали в театре, когда была еще в кордебалете. Придумывала все сама, а реализовывал мои фантазии, слегка их корректируя, опытный мастер. Мне там нравится абсолютно все, хотя и нет особого стиля. Просто интерьер достаточно яркий, нескучный: кухня – голубая, холодильник – желтый…

А что касается светской жизни, то балерина – тоже человек и вольна сама решать, куда ей ходить. И если ее интересуют какие-то светские тусовки, то почему бы и нет? Если же ее намного больше интересует работа в репетиционном зале, то и это ее право. Но я ни в коем случае не осуждаю коллег, которые ведут активную светскую жизнь.

– А как вы относитесь к моде?

– Положительно. Мне нравится хорошо одеваться. Не могу сказать, что это мой пунктик, что я рыскаю в поисках последних новинок… Но чаще всего получается так: случайно беру какой-нибудь журнал, и оказывается, что то, что на данный момент мне нравится, – как раз последняя тенденция.

– Вы у кого-то шьете или у вас есть любимая марка готовой одежды?

– Зависит от настроения. У меня есть пара вещей от Татьяны Парфеновой. Но в основном я, строго не придерживаясь конкретных марок, покупаю то, что мне нравится в данный момент. Вот эти сапоги (показывает) я купила на этой неделе – Camelot. Они красные, и никто бы в жизни, наверное, красные не купил, но мне они сразу понравились.

– Оперная прима Анна Нетребко сказала однажды, что для нее идеал женщины – это мать троих детей, которая не сбавляет жизненного темпа, прекрасно выглядит и все успевает. А для вас?

– Она практически угадала и мои мысли в этом отношении. С одной только разницей, что мой Ваня уже требует семерых детей. Балетная карьера – это очень классно, но в лучшем случае ты танцуешь до пятидесяти. Правда, я вряд ли смогу до пятидесяти танцевать…

– Это связано с увеличившимися нагрузками в театре?

– Мне кажется, да. Об этом говорят абсолютно все. Хотя, конечно, раньше работали тоже очень много, но у них не было такого количества спектаклей, такого количества гастролей. Могло быть так, что у какого-нибудь танцовщика вообще по два-три месяца не было спектаклей. А у меня уже с начала сезона – пять, и это только в октябре. Плюс мне надо готовить «Манон» – абсолютно новый для меня спектакль – за две недели. И это начало сезона.

– И что дальше?

– Дальше, я думаю, будет долгая и счастливая жизнь на пенсии. С одной стороны, может быть, я и могла бы преподавать, но я очень хочу отдохнуть от балета, заняться чем-нибудь совершенно другим. Например, открыть какое-нибудь заведение где-нибудь рядом с театром, потому что, как это ни странно, здесь поблизости ничего хорошего нет. Я хочу, чтобы там была нормальная вкусная еда, а не так, чтобы на огромной тарелке малюсенькая порция, как в «модных» ресторанах. Мне нравится «Тинькофф», потому что там есть все: можно заказать и японскую кухню, и более традиционную европейскую.

– А как сочетаются ваши кулинарные пристрастия с теми неизбежными ограничениями, которые накладывает на вас профессия?

– Были периоды, когда я целенаправленно худела. А сейчас мой рабочий график настолько напряженный, что иногда у меня просто нет ни сил, ни желания на то, чтобы поесть. Хотя я люблю готовить достаточно калорийные блюда – пирожки, мясо, запеченное с сыром.

– А из чего состоит ваше обычное меню?

– Не могу сказать, что я образец. С утра никогда не завтракаю: выпиваю только чашку чая с медом. В театре могу съесть салатик в служебном буфете. А вечером, когда, как считается, есть вредно, я наедаюсь за целый день. Иногда, возвращаясь из театра, не могу отказать себе в удовольствии погрызть сухарики или орешки, что тоже не очень хорошо. Но вот шоколад я не люблю.

– Стать балериной – это был ваш выбор?

– Да. С трех лет я знала, что буду балериной. Думаю, что просто моя мама так этого хотела, что у меня даже не было других мыслей. Моя старшая сестра тоже закончила Вагановское училище, три или четыре года проработала в Театре Станиславского и Немировича-Данченко в Москве, но потом ушла из профессионального балета. Сейчас она учит хореографии маленьких детей в Филадельфии.

Юлия Бройдо